|
"...Меня повалили на землю, заломили мне руки за спину и насильно надели наручники. При этом мне повредили ребра и сбили с меня очки..."
Вчера (16.08.05) во время демонстрации мы стояли на тротуаре у перекрестка Гиват Шауль на въезде в Иерусалим. В какой-то момент группа школьниц, дождавшись зеленого света, вышла с плакатами на середину шоссе и села на проезжую часть. Полицейские начали грубо выбрасывать девочек на тротуар. Мы все закричали: "Довольно насилия!". Я сказал одному из полицейских по имени Таль Рубин: "Если ты еще раз применишь насилие, я опубликую твое имя в Интернете". Он ответил: "Мне плевать!", а потом неожиданно схватил меня и потащил. К нему присоединился еще один полицейский, меня взяли под руки и повели. Вместе со мной схватили еще Мишу Шовмана, стоявшего рядом со мной. Никто не сказал мне, задержан я или арестован, а также в чем меня обвиняют, хотя я этим интересовался.
Мы шли вполне мирно, пока находились в зоне видимости с перекрестка, где стоял какой-то телеоператор. Когда меня отвели подальше, к нам подошел третий полицейский. Он вдруг стал орать:"Почему ты сопротивляешься аресту?". Меня повалили на землю, заломили мне руки за спину и насильно надели наручники. При этом мне повредили ребра, поцарапали руку и сбили с меня солнечные очки. Я попросил полицейских найти очки, но они, разумеется, лишь цинично пообещали: "Да-да, как только ты сядешь в "воронок", мы сразу побежим искать твои очки." На допросе мне предъявили обвинения в незаконной демонстрации, подстрекательстве к бунту и нападению на полицейских, после чего предложили подписать бумагу о том, что в течение 15-ти дней я не буду участвовать в незаконных демонстрациях на въезде в Иерусалим. Я ответил, что все обвинения - полная ложь, и отказался подписывать что бы то ни было, поскольку из "Хонену" мне сообщили, что арестовано 500 человек, и что есть все шансы утром выйти на свободу без каких-либо условий вообще. Было забавно видеть, насколько полиция хочет от меня избавиться. Я начал торговаться с ними о сумме залога и сумел "сбить ставки" с 5000 шек. до 1000. Правда, после того, как я рассмеялся и отказался подписать бумагу, они очень обиделись. Я оказался в одной камере с Адиэлем Шараби, одним из активистов "Национального дома". Оказалось, что два дня назад он сдался полиции, дабы снять ложные обвинения со своего брата. В данный момент его арест продлен до следующей недели.
Я давно хотел познакомиться с Адиэлем, пообщаться, высказать свое мнение о методах борьбы. А тут наконец удалось поговорить с человеком в спокойной обстановке. Хороший он парень, держится с достоинством и глубоко верит.
В частности, он мне сказал: "Если бы руководство поселений вело борьбу ради остановки "размежевания", оно бы его остановило." За ночь боль в боку усилилась. Я решил, что на ближайшие две недели я в любом случае потерян для общества в качестве демонстранта. Адиэль тоже предположил, что "снаружи" я могу принести больше пользы, чем "внутри". Поэтому я подписал их условия. Спасибо аналитической группе МАОФ за помощь в подготовке статьи. |