|
Моше Фейглин
|
|
їЮЭХФХЫмЭШЪ, 11 ёоЫм 2005 |
(представление в семи действиях, и представление плана действий для дальнейшей борьбы)Вступление
"Однажды, когда я был мальчиком, отец разрешил мне выгнать быков на выпас. "Палкой, - объяснил отец, - ты можешь только взмахивать, ни в коем случае не бей быков по-настоящему". Я выгнал быков на выпас, и что удивительно – каждый раз, когда я взмахивал палкой, страшные быки делали то, что я хотел. В какой-то момент я забылся и решил, что я в самом деле уже большой и сильный. Я опустил палку на спину одного из быков. В ту же минуту быки поняли, что за моей палкой не стоит настоящая сила, поднялся страшный балаган, и отец должен был бежать и бить их как следует, чтобы вернуть их домой".
Эту историю рассказал мне однажды один из министров от Ликуда, и на этой неделе она всплыла у меня в памяти.
Около двух месяцев назад движение "Национальный дом" поняло, что необходимо изменить правила игры. Израиль – не демократическая страна. Мировосприятие, движущее ультралевыми (которые впрягли в свою тележку Шарона и компанию) – это идеология тоталитаризма, которая рядится в одежды демократии. При таком положении вещей у демонстраций и других "законных" форм протеста нет большого смысла. Власти не интересует, насколько убедительны твои доводы, и какой процент населения ты представляешь. Власти интересует только одно: как продолжить править "быдлом". Такая ситуация, когда правительство формально работает в рамках демократических структур, а на деле представляет собой диктаторский режим, манипулирующий демократическими нормами, не нова. И в любом здоровом и свободном обществе попытка скатиться к подобной форме правления приводит к использованию гражданами единственного действенного средства – ненасильственного гражданского неповиновения. Так было в США, так было во Франции, так было в Индии, и так, поняло движение "Национальный дом", должно быть сейчас в Израиле – если мы заинтересованы в том, чтобы эта страна осталась на карте.
А сейчас – само представление.
Действие первое
Движение "Национальный дом" организовало общественную борьбу в две стадии. Основная стадия борьбы – это "день всеобщей мобилизации". Этот день определяется как день, в который будет закрыт проезд в Гуш Катиф, Северную Самарию или любой район этих территорий. В этот день, объяснили руководители "Национального дома", широкие народные массы приедут к блокированным районам с целью пройти через блокпосты, или быть арестованными в том месте, где их остановят подразделения армии и полиции, участвующие в изгнании евреев. Людям, которые не смогут приехать к Гуш Катифу, будет предложено на этом этапе перекрывать шоссе по всей стране, чтобы отвлечь силы полиции от участия в изгнании евреев.
Это была та самая палка, которой замахнулись руководители "Национального дома", чтобы держать ситуацию под контролем. Это направление действий поддержали и Совет поселений, и другие организации, участвующие в борьбе за Гуш-Катиф. А чтобы показать быкам, что за этой палкой действительно стоит реальная сила, "Национальный дом" принял решение, не дожидаясь "дня всеобщей мобилизации", устроить пробную акцию, демонстрирующую серьезность их намерений – операцию "Проба сил" ("Нисуй келим"). Эта акция должна была показать, что готовящийся план – не пустые слова, за ним стоит народ, готовый действовать.
"Проба сил" удалась. Палка была высоко поднята, и страха перед ней оказалось достаточно, чтобы оставить Гуш-Катиф и север Самарии открытыми на много месяцев после того, как по изначальному плану их должны были блокировать (а именно, еще в Песах).
Палка была в руках верных евреев, и ее сила чувствовалась всеми.
Действие второе
После успеха акции "Проба сил" активисты на местах начали давить на движение "Национальный дом" (руководители которого оказались в тюрьме, и фактическое руководство перешло в более молодые и неопытные руки) поторопиться с проведением повторной акции – "Проба сил-2". Многие арестованные не понимали: почему нас бросили одних на пороге успеха? Еще две-три волны арестов, и система развалится. Арестованным казалось, что "Проба сил" сама по себе – это и есть путь к успеху, и они не понимали, почему мы не движемся по нему дальше. Но руководство "Национального дома" понимало, что после занесения палки сила ее наличия как таковой гораздо больше, чем сила ее удара. Нам предстоит еще длительная борьба, наш враг получил удар, но еще стоит, полный сил. Было решено придерживаться изначального плана и готовиться к часу "всеобщей мобилизации". Все силы были брошены на укрепление районов, находящихся под угрозой выселения. "Сейчас задача – провести летний отпуск в Гуш-Катифе", - объяснили руководители "Национального дома". - "Десятки тысяч должны приехать спокойно и с радостью, организовывая вечера песен на пляжах, палаточные лагеря на лоне природы, велосипедные экскурсии по всем местам Гуш Катифа. Это ближайший план действий".
Палка все еще была в наших руках.
Действие третье
Активистам на местах было тяжело понять эту логику. Мы победили, заплатив за это тяжелую цену, сила в наших руках, люди готовы к действию, арестованные звонят и спрашивают, когда к ним в камеры прибудет пополнение. Среди ясного дня по всей стране появились анонимные объявления, заявляющие о следующей акции – "Идем к победе". Организаторы, явно люди серьезные и решительные, сумели раскрутить динамику событий без видимого руководства – свидетельство большого общественного потенциала. Многие активисты ответили на призыв, выразив готовность снова выйти перекрывать дороги. В такой обстановке руководители "Национального дома" решили не провоцировать раскол в движении. Раз уж акция пошла, они скрыли свои опасения, поддержали инициативу, и также движение "Еврейское руководство" выразило этим активистам свою поддержку по тем же соображениям.
Палка поднялась еще выше. Неизвестные организаторы обещали блокаду дорог, по крайней мере, как в первый раз, и общество с нетерпением ожидало легкой победы. А поскольку величина успеха обратно пропорциональна ожиданиям, шансы на успех были весьма малы. Крушение поезда с множеством жертв утром того дня, когда должна была состояться акция, заставило организаторов отложить акцию на неделю.
В палке, которая все еще была в наших руках, наметилась трещина.
Действие четвертое
Скоординировав как следует действия со всеми левыми структурами, и понимая, что проигрыш равнозначен потере всего, Шарон и его приспешники вышли в бой не на жизнь, а на смерть с противниками "плана размежевания". Шарон окрестил их "варварами, создающими опасность самому существованию государства", Ярон Лондон объяснил, как нужно избивать демонстрантов, перекрывающих дороги, Габи Газит превратил телеканал "Сеть-бет" в свой личный "Дер-штюрмер", сайт "Валла" расписывал, как скормить мясо демонстрантов собакам-питбулам ультралевых. К этому хорошо аранжированному хору подонков добавилось странное происшествие утром того дня, на который было назначено перекрытие дорог. Кто-то рассыпал гвозди и разлил растительное масло на шоссе №1, создав тем самым дорожные пробки еще утром. Тот, кто знаком с этим местом, понимает, что провести там подобную дикую операцию весьма затруднительно. Десятки полицейских находились на месте происшествия, и, тем не менее, никто не был арестован. Еще удивительнее то, что никто не пострадал. В этом месте очень оживленное движение, машины идут на большой скорости, и при наличии на дороге масла аварий не избежать. Полиция заявила, что десятки машин скользили на масле, но облизывающаяся пресса не нашла ни одного "пострадавшего" водителя, у которого можно было бы взять интервью. Знакомый запашок почувствовали ветераны борьбы с соглашениями Осло. Всего за неделю до этого полиция намекнула тут и там, что виновниками крушения поезда тоже были противники "размежевания". "Еврейское руководство" уже несколько месяцев предостерегает народ, что возможны самые дикие провокации, и история с гвоздями на дороге очень похожа на одну из них. Было понятно, что необходимость очернить демонстрантов и выбить почву из-под ног их сторонников оправдает в глазах правящего режима любую провокацию. В воздухе замаячила картинка из недавнего прошлого – фотография Рабина в форме эсэсовца в руках Авишая Равива. Была ли сцена с гвоздями разыграна самой полицией – неясно, но зато очень хорошо чувствовалось, что эта история прекрасно вписалась в общий хор ненависти и подстрекательства. Евреи, верные традиции, еще не освободились от настойчивого желания принимать на все общество ответственность за поведение отдельных личностей. В любом обществе есть асоциальные элементы, и тот факт, что некий левый деятель выбил глаз (совсем недавно) солдату ЦАХАЛа во время агрессивной демонстрации в защиту арабов, не заставил никого из единомышленников этого "демонстранта" испытать душевный дискомфорт. И то, что евреи, верные традиции, видят себя как сектор, ответственный за асоциальные поступки единиц, поощряет провокации, которые оказываются очень эффективным оружием.
Истории с гвоздями трудно найти точный аналог из эпохи борьбы с соглашениями Осло. А вот драка подростков с бедуинами Муаси – точная копия деятельности организации "Аиль". Молодежи, которая не знает, о чем идет речь, напомним, что наемник ШАБАКа Авишай Равив (и не только он) создал дутые ультраправые организации, собрал темпераментных подростков, плохо понимающих, на что их толкают, впечатлил их разного рода "деятельностью". Равив организовывал красочные церемонии принятия присяги перед кинокамерами, а тележурналисты бросались на добычу, как коршуны, и с радостью представляли в идиотском свете "цвет религиозной молодежи". В течение двух дней разыгралась удивительно похожая сага в таборе бедуинского племени Муаси. Распаленные подростки доставили фотоаппаратам самую лакомую добычу.
"Кровавый линч" устроила израильская сторона над юношей-мусульманином, получившим в драке "тяжелейшие ранения". Сразу после фотографирования "тяжелораненый", по свидетельству очевидцев, встал и оживленно болтал с приятелями, и был госпитализирован всего на сутки. Но телерепортажи уже прозвучали. Короче говоря, к моменту перекрытия дорог вечером в среду мы получили все возможные десерты к пламени шельмования и ненависти, разгоравшемуся все сильнее и сильнее в течение этой недели.
Теперь все было готово к назначенному часу. Все силы полиции были брошены на контроль над трассами, с четкими указаниями предпочитать агрессию арестам. Разверстая львиная пасть поджидала тех демонстрантов, которые решатся несмотря ни на что выйти на шоссе.
Шанс вернуться к прежнему достижению был близок к нулю. Трещина в палке становилась все больше и больше.
Действие пятое
Нет сомнений – молодежь, верная идеалам, готова на самопожертвование. Они знали, в какой атмосфере им предстоит действовать. У них не было четкого руководства. Они знали, что их могут забить до смерти – как полицейские, так и подстрекаемые граждане. Несмотря на все это, они вышли.
Полиция с нескрываемым цинизмом направила в группы демонстрантов переодетых полицейских, одурманенных наркотиками, которые пытались побудить "товарищей" на крайние действия. Но им не удалось нигде добиться желаемого. Во всех местах, где была открытая демонстрация, это был пассивный протест, гораздо более спокойный, чем на демонстрациях Гистадрута или студентов.
По всем объективным критериям, это была очень удачная акция. Она связала огромные силы полиции, 160 человек были задержаны по всей стране, в течение суток внимание всей страны было приковано к демонстрантам. Даже Вики Канфо не удостоилась такого внимания. Но на исходе дня полиция праздновала "победу". Устроив садистскую расправу с демонстрантами, полиция радостно сообщила: "Мы сломали перекрывающих дороги".
Палка опускается, и быкам кажется, что они научились с ней справляться. Хуже того: всеобщее подстрекательство и ненависть, развязанные против демонстрантов, дали Шарону ощущение, что сейчас палка в его руках, и его очередь бить.
Палка, которую подняли верные земле Израиля в операции "Проба оружия", выпала из их рук. У людей опустились руки, и казалось, что они действительно сломлены.
Действие шестое
Неисповедимы пути Создателя. Если бы Шарон удовольствовался изгнанием обитателей гостиницы "Шират а-ям", палка контроля над событиями осталась бы надолго в его руках. Но пламя ненависти, которое ему удалось раздуть, вскружило ему голову, и он решил, что наконец-то можно закрыть Гуш Катиф для свободного въезда. Подобная блокада была бы очень полезна для реализации программы изгнания, и по плану должна была состояться уже давно. Только страх перед "днем всеобщей мобилизации" не давал сделать это до сих пор. Сейчас, решил Шарон, когда верные земле Израиля "загнаны в конуру", самое время блокировать Гуш Катиф. Так, в четверг пополудни, по прямому распоряжению Шарона, начальник Южного военного округа подписал соответствующий приказ, и Гуш Катиф был объявлен закрытой военной зоной. Но тут Шарона ждал сюрприз. Оказалось, что все зверства двух прошедших дней ни на йоту не уменьшили готовность верной земле Израиля общественности прийти на помощь своим братьям из Гуш Катифа. Совет поселений ЕША, правда, не решался объявить официальный "день всеобщей мобилизации", но движение "Национальный дом" поняло, что нельзя терять ни минуты, и объявило начало акции "всеобщая мобилизация". Несмотря на то, что за день до этого многие активисты перекрытия дорог были зверски избиты, молодежь снова вышла на демонстрации и перекрыла некоторые перекрестки. Тысячи семей начали упаковывать чемоданы, а самые расторопные сразу двинулись в направлении Гуш Катифа. "День всеобщей мобилизации" вступил в силу. В конце концов и Совет поселений ЕША заявил, что если ЦАХАЛ не снимет блокаду, то Совет призовет широкие народные массы двинуться в Гуш Катиф.
Инициатива снова перешла к людям, верным Земле Израиля. Палка, которая недолгое время была в руках Шарона, была выбита из его рук.
Действие седьмое
В четверг вечером уже можно было понять: как только стало ясно, что ни побои, ни травля не изменят решительности и готовности верных родине граждан откликнуться на "мобилизацию", вынужден был "бульдозер" (который, как известно, "ничто не остановит"…) сделать реверс и открыть Гуш Катиф. Последняя вещь, которую Шарон может себе позволить, за два месяца до "размежевания", это блокада всей страны и десятки тысяч патриотов, осаждающих полицейские блокпосты в южном округе.
Утром в пятницу солдатам ЦАХАЛа уже объяснили, что никто и не собирался закрыть Гуш Катиф совершенно, а имелось в виду закрыть его только на время выселения гостиницы. Сейчас, объяснили солдатам, пропускайте всех, только проверяйте машины.
Стало ясно, что "день всеобщей мобилизации" не только не дает закрыть для свободного въезда территории, предназначенные к выселению, но даже обладает силой снять блокаду с уже закрытых территорий. И все это в условиях, невероятно тяжелых для противников "плана размежевания".
Сейчас палка снова в руках патриотов. И имеющий глаза видит, что на этот раз палка гораздо более грозная.
Спектакль закончился.
Каково положение вещей на данный момент?
Обе стороны еще не вполне осознали, каково истинное значение последних событий. Левым все еще кажется, что они в победителях – и это к лучшему. Патриоты еще не распрямили спину, еще зализывают раны. Они тоже еще не разобрались, какой маятник качнулся в течение 48 часов, и как велико их достижение. И это тоже к лучшему. Гордыня – первый шаг к поражению.
Каким будет содержание следующего действия?
Паролем нынешнего момента должно быть – проводим летний отдых в Гуш Катифе. Пока территории, предназначенные к выселению, действительно открыты, перекрывать дороги будет ошибкой. С другой стороны, сейчас самое время массам народа переехать в Гуш Катиф. Не для того, чтобы строить там баррикады, и не для того, чтобы толпиться там без дела в томительном ожидании "решительного момента", а для того, чтобы получить настоящее удовольствие от летних каникул. Берите свою семью, палатку, прихватите велосипед (Гуш Катиф расположен на ровном плато, где кататься на велосипеде – одно удовольствие), возьмите гитару, облюбуйте себе кусочек берега или побережье искусственного водоема – и отдыхайте на здоровье. Надоело – возвращайтесь домой, и приезжайте снова через две недели. Наша цель на данном этапе – добиться все увеличивающегося присутствия в Гуш Катифе веселого и спокойного общества отдыхающих.
Сейчас – время для отпуска в Гуш Катифе.
(О том, как желательно проводить это время, почитайте в статье М. Пуа "Побеждаем объятиями"
http://he.manhigut.org/content/view/1676/118(
Однако в армейском руководстве не глупцы сидят. Блокировать они не решаются, потому что в этом случае будет блокирована вся страна. Так они пытаются снять блокаду таким образом, чтобы она на деле осталась. Проехать в Гуш Катиф можно, но без имущества, объясняют нам на блокпосте. У этого ограничения нет никакого законного основания. Каждый отдыхающий должен настоять на том, чтобы его пропустили со всем туристическим оборудованием. Без официального приказа о закрытии зоны никакой полицейский не имеет полномочий ограничить его провоз. Многие туристы, не желая идти на конфликт, уже поставили свои палатки рядом с въездом на территорию Гуш Катифа. Было бы правильно (и так следует поступить), чтобы жители Гуш Катифа открыли бюро аренды или проката туристического оборудования.
Силы армии и полиции, задачей которых является выселение евреев, не в состоянии закрыть Гуш Катиф для посещения туристов. А разгромить его внезапно весьма затруднительно под ногами десятков тысяч отдыхающих.
Так что сейчас время сказочного отпуска в Гуш Катифе.
Моше Фейглин считает необходимым пояснить, что у него нет никаких подозрений относительно Итамара Бен-Гвира, и если кто-то понял его слова таким образом, то Итамару нанесен моральный ущерб, и автор статьи приносит свои извинения.
Перевод Ш. Бродской |
|
|
Статьи 
